Нервная орторексия

Дата публикации:  9 декабря 2020 г.
0

Нервная орторексия (что буквально означает «правильный аппетит») представляет собой патологическое пристрастие к здоровой пище, которую удачно описали как «болезнь, замаскированная под добро» [1]. Хотя орторексия еще официально не признана психиатрическим диагнозом, она часто связана со значительными нарушениями, поскольку то, что начинается, как попытка достичь оптимального здоровья с помощью соблюдения диеты, может привести к истощению, потере отношений и низкому качеству жизни. По сравнению с другими стилями нездорового питания, орторексия в значительной степени игнорировалась научным обществом, хотя ее поведенческий паттерн часто наблюдается специалистами по расстройствам пищевого поведения [2].

Симптомы орторексии.

Термин «нервная орторексия», впервые введенный Братманом и Найтом в 1997 году, описывает людей с одержимостью правильным питанием, которые преследуют эту навязчивую идею с помощью ограничительной диеты, сосредоточения внимания на приготовлении пищи и ритуальных моделей питания.

Орторексики, как правило, озабочены качеством, в отличие от количества, пищи в рационе [3], тратят много времени на изучение:

  • источников – подвергались ли овощи воздействию пестицидов; были ли молочные продукты получены от коров, получавших гормональные добавки;
  • обработки – не были ли потеряны питательные вещества во время приготовления пищи; были ли питательны микроэлементы, искусственные ароматизаторы, добавлены консерванты;
  • упаковки – может ли пища содержать канцерогенные соединения, полученные из пластика; достаточно ли информации на этикетках, чтобы судить о качестве конкретных ингредиентов пищевых продуктов, которые затем продаются на рынке [4].

Зацикленность качеством пищевых продуктов – сочетание питательной ценности продуктов и их предполагаемой чистоты, вызванное желанием максимизировать собственное физическое здоровье и благополучие, а не религиозными убеждениями, заботами об окружающей среде или заботой о животных.

Такое беспокойство, связанное с пищей, может вызвать особо сложные модели питания (например, четкие правила, определяющие, какие продукты можно комбинировать за один присед или в определенное время дня) и / или могут быть использованы необычно длительные периоды для их выполнение (например, убеждение, что максимальное переваривание одного типа пищи происходит через некоторое время после еды другого типа).

Кроме еды, дополнительное время уходит на исследования и каталогизацию пищевых продуктов, их взвешивание и измерение, а также на планирование будущих блюд [1].

Диагностические критерии нервной орторексии.

Диагностические критерии орторексии, предложенные Морозом, Данном, Холландом и т. д. [5].

Критерий A

Навязчивая озабоченность по поводу употребления «здоровой пищи» с упором на проблемы, связанные с качеством и составом блюд (два или более пунктов из перечисленных ниже):

  • диета с несбалансированным питанием из-за обеспокоенности убеждениями о «чистоте» пищи;
  • озабоченность и беспокойство по поводу употребления «нечистой» или «нездоровой» пищи, а также влияния качества и состава пищи на физическое или эмоциональное здоровье (или то и другое);
  • строгий отказ от пищевых продуктов, которые пациент считает «болезненными», которые могут включать в себя продукты, содержащие любые жиры, консерванты, пищевые добавки, продукты животного происхождения или другие ингредиенты, которые субъект считает вредными для здоровья;
  • для людей, которые не являются специалистами в области питания, избыточное количество времени (например, 3 или более часов в день) затрачивается на чтение, приобретение и приготовление определенных типов пищевых продуктов в зависимости от их предполагаемого качества и состава;
  • чувство вины и переживания после проступков, связанных с употреблением «нездоровой» или «нечистой» пищи;
  • нетерпимость к чужим убеждениям в пище;
  • расходование чрезмерных сумм денег относительно своего дохода на пищевые продукты из-за их предполагаемого качества и состава.

Критерий В

Такая сильная озабоченность пищей усиливается одним из следующих факторов:

  • нарушение физического здоровья из-за дисбаланса питания (например, недоедания из-за несбалансированного питания);
  • серьезное расстройство или нарушение социальной, академической или профессиональной деятельности из-за навязчивых мыслей и поведения, которые сосредоточены на убеждениях пациента о «здоровом» питании.

Критерий C

Это не обострение симптомов другого расстройства, такого как обсессивно-компульсивное расстройство, шизофрения или другое психотическое расстройство.

Критерий D

Такое поведение лучше объясняется исключительным контролем за организованным соблюдением ортороксальных религиозных правил питания или когда озабоченность по поводу потребностей в специальной пище связана с профессионально диагностированной пищевой аллергией или медицинскими состояниями, требующими специальной диеты [5].

Последствия орторексии.

Что касается последствий этого экстремального стиля потребления пищи – это тот факт, что орторексики могут испытывать дефицит питательных веществ из-за извлечения целых групп пищевых продуктов [6]. И, хотя долгосрочных эмпирических исследований не существует, есть свидетельство того, что этот вид диетического экстремизма может привести к медицинским осложнениям, которые наблюдаются при тяжелой анорексии: остеопении, анемии, гипонатриемии, метаболического ацидоза, панцитопении, дефицита тестостерона и брадикардии [1, 5, 7].

Психологически орторексики испытывают сильное разочарование, когда их пищевые привычки нарушаются или мешают им, отвращение, когда чистота пищи кажется нарушенной, а также чувство вины и ненависть к себе, когда они совершают нарушения в отношении пищи [8]. Все это накладывается на хроническое беспокойство о несовершенстве и неоптимальном здоровье. На самом деле нарушения диеты могут вызвать желание самонаказания, проявляющееся в еще более строгой диете или очищении [1]. Кроме того, люди с орторексией склонны к социальной изоляции, поскольку они считают, что смогут поддерживать здоровое питание только в одиночестве и контролируя свое окружение, и смогут занять позицию морального превосходства в отношении своих пищевых привычек, а значит, они отказываются взаимодействовать с другими людьми, которые не похожи на них [8].

Диагностические пределы орторексии.

Многие из описанных выше симптомов орторексии схожи с симптомами анорексии и обсессивно-компульсивного расстройства (ОКР), которые весьма сопутствуют и имеют функционально подобные клинические проявления [9], побуждая дебаты относительно того, что орторексия является уникальным расстройством или подмножеством анорексии или ОКР. Орторексия и анорексия обладают общими чертами перфекционизма, высокой тревожностью и высокой потребностью в контроле [10], в дополнение к возможности значительной потери веса [4].

И орторексики, и анорексики ориентированы на достижения, ценят соблюдение своей диеты как показатель самодисциплины и рассматривают отклонение от диеты как неспособность к самоконтролю. Оба нарушения имеют ограниченное представление о своем состоянии и часто отрицают функциональные нарушения, связанные с их заболеванием.

Что касается совпадений с ОКР, у орторексиков проявляются определенные обсессивно-компульсивные тенденции: повторяющиеся, навязчивые мысли о еде и здоровье в неподходящее время, чрезмерное беспокойство по поводу загрязнения и нечистоты, а также сильная потребность организовать пищу и ритуалы приема пищи [1, 11]. Как и у людей с ОКР, у орторексиков ограничено время для других занятий, поскольку соблюдение строгого стиля питания мешает нормальному распорядку дня [4].

Наконец, хотя надежных эмпирических данных по данной теме не хватает, остается вероятность того, что орторексия может сигнализировать о более серьезных психопатологиях в форме состояния психотического спектра.

Сегодня описано одно исследование взрослой женщины, у которой орторексические пищевые привычки представляли продромальную фазу шизофрении [13]. В то время как коморбидность шизофрении и расстройств пищевого поведения в целом оценивается как низкая [14], многочисленные сообщения о случаях анорексии, происходившей перед первым эпизодом психоза, натолкнули на теорию о том, что:

  • навязчивые признаки анорексии могут со временем превратиться в бредовые идеи;
  • дефицит питания из-за ограничений в пище может сам по себе вызывать психоз.

Поскольку орторексия является недавно задокументированной конструкцией, существует необходимость в проспективном анализе, чтобы определить, в какой степени орторексия повышает риск дальнейшего развития шизофрении, бредового расстройства и связанных состояний. Теоретически особенностью орторексии является наибольшее отношение к спектру психозов:

  • магическое мышление, связанное с едой;
  • ошибочные убеждения, основанные на интуитивных законах заражения (представление о том, что объекты, которые были в реальном или воображаемом контакте, продолжают влиять друг на друга во времени или пространстве) или сходства (концепции действительно имеют глубокий смысл) [12, 15] .

Независимо от того, является ли их происхождение приемлемым с культурной или религиозной точки зрения, магические представления о еде вызывают медицинскую озабоченность, когда отказ от пищи приводит к серьезному дефициту питания [16].

С психиатрической точки зрения повышенный уровень магического мышления, независимо от его содержания, является обычным симптомом шизотипического расстройства личности и хорошим предиктором психоза в будущем [17].

Лечение и ведение орторексии.

На сегодняшний день нет исследований эффективности лечения орторексии, хотя были предложены рекомендации по результатам передовой практики.

Идеальное вмешательство предполагает участие мультидисциплинарной команды, в которую входят врачи, психотерапевты и диетологи [18, 19], чтобы комбинация лекарств и когнитивно-поведенческой терапии могли применяться при тщательном наблюдении в амбулаторных условиях. В случаях значительной потери веса и недоедания будет показано стационарное лечение у врачей, имеющих опыт синдрома восстановления питания [5].

Что касается психотропных препаратов, то ингибиторы обратного захвата серотонина, как сообщается, полезны при орторексии [8]. Что имеет смысл, учитывая их эффективность как при анорексии, так и при ОКР [23]. Также успешно используют нейролептики, такие как оланзапин для уменьшения навязчивой природы мышления, связанного с пищей [5]. Однако следует отметить, что люди с орторексией могут быть склонны отвергать фармацевтические препараты как «ненатуральные» вещества [8].

При рассмотрении вопроса о психотерапии вмешательства должны быть индивидуализированы на основе симптомов, характерных для данного пациента. Важно признание того, что цели лечения должны быть сосредоточены не только на том, что едят пациенты, но и на том, как они делают покупки, готовят и относятся к пище, которую потребляют [19].

Предотвращение воздействия и реакции, в сочетании с обучением новым привычкам [21], может быть наиболее успешным для лечения обсессивных и компульсивных аспектов орторексии. Когнитивная реструктуризация, вероятно, будет полезна дихотомическому мышлению, чрезмерному обобщению, катастрофизации и другим когнитивным искажениям, которые связаны с пищей, питанием и здоровьем [22], а также проблемными чертами, такими как перфекционизм. Различные формы тренировки по релаксации могут помочь при пре- и постпрандиальной тревоге [23] и других проявлениях тревоги за здоровье [24, 25].

Более того, стратегии модификации поведения могут быть полезны для расширения пищевого репертуара, повышения уровня социализации во время еды и разнообразия досуга путем включения непродовольственных тем. Наконец, посредством диетологии, подтвержденной эмпирическим путем, можно помочь пациентам с орторексией избавиться от ложных убеждений в пище [18].

Также исследования показывают, что образование по вопросам питания и здоровья, несмотря на то, что оно должно содержать объективные концепции питательных веществ и физиологии, должно также учитывать глубоко эмоциональные аспекты пищевых убеждений и выбора пищевых продуктов, чтобы включать аффективные подходы к консультированию пациентов [25].

Просьба к пациентам с тяжелой орторексией отказаться от ложных убеждений в еде – это на самом деле просьба отказаться от глубоко укорененной идеологии, состоящей из основанных на реальности или магических убеждениях, обеспечивающих структуру и порядок в жизни человека, уменьшая тревогу, предоставляя средства для контроля окружающей средой. Психические новообразования, в той мере, в какой они бросают вызов в укорененной системе убеждений, должны внедряться с учетом его потенциала для значительных эмоциональных потрясений у пациента.

Выводы.

Не сдерживаемый никакими регулятивными процессами резкий рост пропаганды здорового образа жизни в книгах, журналах и электронных форматах, подкрепленный быстрым обменом идеями через социальные сети, означает, что рядового человека регулярно бомбят советами и уговорами по поводу диеты и здоровья. Несмотря на большой потенциал для дезинформации, пользователи Интернета (например, для поиска информации, связанной со здоровьем), как правило, не обращают внимания на доброчестность или новизну источника и часто неверно оценивают достоверность информации.

Исследования показывают, что для тех, кто уже склонен к беспокойству о здоровье, поиск информации о здоровье в Интернете ухудшает это беспокойство – явление, которое получило название «киберхондрия». Поскольку орторексия является группой симптомов, почти пародией на тенденции в популярной культуре здорового образа жизни, трудно точно определить, когда озабоченность по поводу здоровья и целостности своего рациона достигает патологических размеров.

К сожалению, согласно недавнему опросу психологов, психиатров, медсестер и социальных работников, две трети сообщили, что наблюдали в своей практике пациентов с клинически значимой орторексией. Важно отметить, что две трети врачей также указали, что синдром заслуживает большего научного внимания.

 

Литература

1. Bratman S, Knight D. Health Food Junkies: Orthorexia Nervosa– Overcoming the Obsession With Healthful Eating. New York, NY: Broadway; 2000.

2. Vandereycken W. Media hype, diagnostic fad, or genuine disorder? Professionals’ opinions about night eating syndrome, orthorexia, muscle dysmorphia, and emetophobia. Eat Disord. 2011;19(2):145–155.

3. Aksoydan E, Camci N. Prevalence of orthorexia nervosa among Turkish performance artists. Eat Weight Disord. 2009;14(1):33–37.

4. Donini LM, Marsili D, Graziani MP, et al. Orthorexia nervosa: a preliminary study with a proposal for diagnosis and an attempt to measure the dimension of the phenomenon. Eat Weight Disord. 2004;9(2):151–157.

5. Moroze RM, Dunn TM, Craig Holland J, et al. Microthinking about micronutrients: a case of transition from obsessions about healthy eating to near-fatal “orthorexia nervosa” and proposed diagnostic criteria. Psychosomatics. 2014 Mar 19;

6. Bosi ATB, Çamur D, Güler Ç. Prevalence of orthorexia nervosa in resident medical doctors in the faculty of medicine. Appetite. 2007;49(3):661–666.

7. Park SW, Kim JY, Go GJ, et al. Orthorexia nervosa with hyponatremia, subcutaneous emphysema, pneumomediastimum, pneumothorax, and pancytopenia. Electrolyte Blood Press. 2011;9(1):32–37.

8. Mathieu J. What is orthorexia? J Am Diet Assoc. 2005;105(10):1510–1512.

9. Altman SE, Shankman SA. What is the association between obsessive–compulsive disorder and eating disorders? Clin Psychol Rev. 2009;29(7):638–646.

10. Fidan T, Ertekin V, Işikay S, et al. Prevalence of orthorexia among medical students in Erzurum, Turkey. Compr Psychiatry. 2010;51(1):49–54.

11. Kinzl JF, Hauer K, Traweger C, et al. Orthorexia nervosa in dieticians. Psychother Psychosom. 2006;75(6):395–396.

12. Lindeman M, Keskivaara P, Roschier M. Assessment of magical beliefs about food and health. J Health Psychol. 2000;5(2):195–209.

13. Saddichha S, Babu GN, Chandra P. Orthorexia nervosa presenting as prodrome of schizophrenia. Schizophr Res. 2012;134(1):110.

14. Miotto P, Pollini B, Restaneo A, et al. Symptoms of psychosis in anorexia and bulimia nervosa. Psychiatry Res. 2010;175(3):237–243.

15. Aarnio K, Lindeman M. Magical food and health beliefs: a portrait of believers and functions of the beliefs. Appetite. 2004;43(1):65–74.

16. Geddavalasa L. Food preferences and taboos during antenatal period among the tribal women of north coastal Andhra Pradesh. J Community Nutr Health. 2013;2(2):32-37.

17. Gooding DC, Tallent KA, Matts CW. Clinical status of at-risk individuals 5 years later: Further validation of the psychometric high-risk strategy. J Abnorm Psychol. 2005;114(1):170–175.

18. Bartrina JA. Ortorexia o la obsesión por la dieta saludable [Orthorexia or when a healthy diet becomes an obsession] Archivos Latinoamericanos de Nutrición. 2007;57(4):313–315. Spanish.

19. Borgida A. In sickness and in Health: Orthorexia Nervosa, The Study of Obsessive Healthy Eating [dissertation] USA: ProQuest Information and Learning; 2012. [Accessed December 15, 2014]. pp. 6376–6376. Available from: http://gradworks.umi.com/34/67/3467161.html.

20. Simpson HB, Wetterneck CT, Cahill SP, et al. Treatment of obsessive-compulsive disorder complicated by comorbid eating disorders. Cogn Behav Ther. 2013;42(1):64–76.

21. Sulkowski ML, Jacob ML, Storch EA. Exposure and response prevention and habit reversal training: commonalities, differential use, and combined applications. J Contemp Psychother. 2013;43(3):179–185.

22. Abbott M. Restructuring cognitive distortions. In: Robert-McComb JJ, editor. Eating Disorders in Women and Children: Prevention, Stress Management, and Treatment. Boca Raton, FL: CRC Press; 2001. pp. 273–282.

23. Shapiro JR, Pisetsky EM, Crenshaw W, et al. Exploratory study to decrease postprandial anxiety: just relax! Int J Eat Disord. 2008;41(8):728–733.

24. Schröder A, Heider J, Zaby A, et al. Cognitive behavioral therapy versus progressive muscle relaxation training for multiple somatoform symptoms: results of a randomized controlled trial. Cogn Ther Res. 2013;37(2):296–306.

25. Barsky AJ, Ahern DK, Bauer MR, et al. A randomized trial of treatments for high-utilizing somatizing patients. J Gen Inter Med. 2013;28(11):1396–1404.